В предсвадебные дни многими парами изучается свадебная цифровая фотография, примеры которой выложены в интернете, их обсуждают с друзьями, листают модные журналы. У большинства невест складывается отчетливое представление о типах свадебных фотографий, которые они хотят получить. Некоторые невесты тяготеют к парадным портретам в силу привычек, традиций или просто подчиняясь капризу. Однако сейчас уже намного шире рекламируется в журналах и репортерский стиль, он обсуждается в интернете, становится известным и востребованным. Свадебный фотограф должен сначала осознать свой стиль и свои пристрастия, а затем искать клиентов с соответствующими требованиями.

Как правило, находится больше доводов, чтобы делать свадебные фотографии в портретном стиле. Репортерский стиль более динамичен, чем портретный, фотограф вооружается лишь компактной вспышкой. Репортеры предпочитают уходить от портретности, желая сделать за отведенное время как можно большее количество качественных снимков. Но все же фотографу следует обговорить с заказчиком сюжеты центральных фотографий. Несложно обнаружить, что большая часть невест ожидают увидеть снимки следующих групп:

• Невеста с женихом
• Невеста одна
• Невеста и жених с другом жениха и главной подружкой невесты
• Невеста и жених с каждой парой родителей
• Невеста и жених с ее семьей (братьями и сестрами)
• Невеста и жених с его семьей
• Невеста с подружками (малышками, несущими фату)

Иногда, если позволяет площадка, можно объединить всех присутствующих в одном большом групповом портрете. Хотя стоит помнить, что на подобном снимке лица людей могут оказаться настолько маленькими, что могут возникнуть сомнения в целесообразности этого снимка. Вероятно, лучше все-таки разбить большую группу лиц на меньшие, чтобы изображения лиц были крупнее. Ключ к хорошему групповому снимку – в правильном распределении зазоров между людьми так, чтобы все были равномерно распределены по кадру, и каждый был хорошо виден. Для этого удобно часть присутствующих посадить или поставить на стулья. Фотограф предупреждает гостей о том, что начинает съемку. В этот момент он говорить чуть громче и яснее, чем обычно. Можно даже дать отсчет «один, два, три», чтобы все улыбнулись к тому моменту, когда фотограф нажмет кнопку. Большую группу можно снимать 3-5 раз, чтобы все выглядели и улыбались как следует.

Что и говорить, сейчас не обойтись без профессионального дизайнера при создании торговой марки или рестайлинге существующего бренда, поэтому дизайн полиграфии также играет значительную роль в разработке «продающего» бренда.

Сегодня мы остановим наше внимание на таком виде полиграфической рекламной продукции как листовки. Традиционно они представляют собой бумажный носитель информации с текстом и (или) изображением, при этом вполне могут носить агитационно-политический или же информационный характер.

К отличительным чертам листовок, как продукции рекламной полиграфии, можно отнести, прежде всего, актуальность изложенной информации, значительный объем тиража, оперативность изготовления партии тиража, быстрое распространение, а также короткое время пользования заказчиком целым тиражом. Этот видит полиграфии может содержать различную информацию от оригинального текста и уникального изображения до перепечаток данных.

Рекламная полиграфия в целом, и листовки в частности, размещают разнообразную информацию в зависимости от целевой аудитории. Специфика продаж товаров и услуг, соответственно, диктует стиль и манеру отображения информации, будь то ценовые предложения, имиджевые кампании, акционные предложения или просто информационное сообщение. Также они могут отображать преимущества продукта или услуги. Рекламная полиграфия позволяет осуществлять полноцветную и черно-белую печать листовок. Как правило, листовки можно печатать на плотной мелованной бумаге или же на тонкой офсетной. В сравнении с визитными карточками, являются гораздо более информативной продукцией и, вместе с тем, отличаются относительной дешевизной.

В заключение хочется отметить, что любая продукция рекламной полиграфии от буклетов и календарей, плакатов до флаеров и брошюр не только вносит разнообразие в повседневную деловую рутину, но и эффективно отражается на увеличении продаж товаров и услуг.

Ризограф позволяет печатать на бумаге плотностью от 50 до 300 гр./кв.м. Не воспрещается использование цветных образцов бумаги, но нельзя использовать глянец. Например, изготовление самокопирующиеся бланки выполняются методом ризографии.

• Принцип печати

На трафаретной пленке (мастер-пленке) прожигается макет бедующей страницы. Изготовленная таким образом матрица помещается на барабан, из которого разбрызгивается краска на поверхность листа. Ризография — это полностью автоматизированный процесс, не требующий вмешательства человека. Скорость печати достигает 150 листов в минуту.

Краска используется на основе глицериновых материалов и похожа на пасту из шариковой ручки. Она безвредна и не смывается водой. Для каждого отдельного макета прожигается мастер-пленка, а потому рентабельно начинать писать от 100 экземпляров и более. Тем более, что ценовая политика зачастую такова, что рост числа копии влияет на конечную стоимость.

• Полезные советы

Следует трезво оценивать возможности ризографии. Особенно это касается ограничений. Рекомендуется производить тиражирование документов текстового содержания с шрифтом не менее 8 пт. Невозможно получить четкой градации цветов. Применять графические элементы возможно, но стоит подходить к ним с опаской.

Хоть и имеется возможность применения цветов, но происходит это со сменой барабана и наложения цвета на цвет. Это уже считается, как новая печать с использованием вашей бумаги (так как она уже оплачена при первом прогоне).

Ризография не может тиражировать на дизайнерском виде бумаги или картоне.

Подготавливая оригинал-макет, учитывайте все советы приведенные выше, тогда достигните максимально приемлемого качества.

Он был написан маслом. Без всякого сомнения, маслом. Впрочем, это не играло совершенно никакой роли — это был портрет Тани! Но не этой взрослой, уверенной в себе и в своем будущем женщины с несчастливым личным опытом и выключенным мобильником в сумочке, нет! Это был портрет пятнадцатилетней Тани, юной и прекрасной, приехавшей в Москву после восьмого класса и влюбившейся навсегда в город и в уличного художника, лица которого так и не сумела забыть…

Круг времени замкнулся, Арбат стал Монмартром, Москва — Парижем и две Тани — нынешняя и тогдашня — молча, смотрели друг на друга, сдерживая не то слезы, не то улыбку…

Художник, сидевший рядом, повернулся к Тане, и она узнала Бориса. Странно, но он совершенно не изменился, только немного погрустнел, а может, ей показалось.

- Почему ты мне не написал? — спросила Таня, усаживаясь на раскладной стульчик.

- Я писал! В тот же вечер, и на следующий, и после. Ты не получала моих писем?

Таня вдруг вспомнила, как виновато вела себя мама в то лето, пыталась угодить Тане больше обычного, даже отправила ее с подругой к морю на целый месяц. Так вот куда делись те письма… Так вот куда кануло Танино счастье…

Борис прикоснулся к холсту кистью и начал новый портрет. Портрет женщины, которая будет всегда с ним.
По крайней мере, Таня думала именно так. И отдала бы целый Париж за то, чтобы ее мечты осуществились!

Потом сама смело и неопытно поцеловала его в губы и помчалась к приземистой, как грибок, станции метро.

- Я тебя провожу! — крикнул Борис, но Таня только махнула рукой — не надо!

- А портрет? — кричал Борис через головы. — Ты передумала?

Таня хлопнула себя по лбу и скачками понеслась обратно. Борис протягивал ей рулон и смотрел грустно, будто чувствовал, что больше никогда не увидит самую прекрасную девушку в своей жизни…

Конечно, ни на какую «Октябрьскую» Таня не поехала, а отправилась прямиком к Марине. Поднялась по лестнице под громовые удары собственного сердца. Нажала кнопку звонка и стояла, тяжело дыша, готовясь к тяжелому разговору. Но его как раз и не было — мама, вся в слезах, распахнула дверь и притянула непутевую Таню к себе. Марина улыбалась, с кухни сильно пахло свежесваренным кофе.

Портрет мама и Марина рассматривали внимательно, переглядывались, щурились, хмурились. Потом Марина сказала:

- Удивительный тебе попался художник! Он нарисовал не тебя, а ту Таню, которой ты станешь лет через пятнадцать!

Прошло пятнадцать лет. Или почти пятнадцать — в любом случае достаточно много времени, чтобы Таня могла разглядывать свое прошлое и подводить итоги юношеских ожиданий. Много ли событий вместилось в эти годы?
Легко и быстро отучившись в медицинском институте, она вышла замуж за своего преподавателя, Илью Афанасьевича. Через два года после свадьбы Илья Афанасьевич увлекся второкурсницей с лечфака, и Таня вернулась к маме. Работала в военном госпитале, познакомилась с другом своего начмеда, Киреевым. Киреев был бизнесменом и сделал Тане предложение в деловито-торопливом стиле: привез на работу огромный букет, билеты на Сейшелы и непрерывно говорил по мобильнику с каким-то Игорем Петровичем. Таня не любила Киреева, но ей вдруг захотелось почувствовать себя устроенной, как говорила мама, и она согласилась.

Свадьба была невозможно пышной, весь Новосибирск гудел и вздрагивал, пока молодые не улетели к далеким островам. Киреев был прохладен, скучен, скуповат, его глаза загорались только от вида денежных знаков. К жене он довольно быстро остыл и старался сбывать ее с глаз почаще — Таня ездила в Париж как на работу, и продавщицы бутиков на авеню Монтень знали ее по имени. Детей у Тани не было: Киреев говорил, что ему вполне достаточно дочерей от первого и сыновей от второго браков.

Портрет, нарисованный Борисом, висел на стене в Таниной комнате — комнаты менялись, но портрет оставался. Год от года Таня становилась все больше похожа на ту женщину, которую художник разглядел в пятнадцатилетней девочке.

Продолжение

Борис уже завершил портрет и, судя по складке меж бровей, был им не совсем доволен, что-то спешно дорисовывал, дочерчивал. Прохожие один за другим останавливались и недоверчиво глядели сначала на Таню, потом на ее изображение.

- Можешь посмотреть, — сказал, наконец, Борис и встал, Таня даже зажмурилась, потому что он был еще и
очень высоким.

С опаской она глянула на готовую работу и сначала не поняла, кто там на портрете. Борис, конечно, рисовал ее, Таню, но на портрете все-таки оказалась совершенно другая — похожая на Таню, как сестра, но…

- Это не я, — растерянно сказала Таня, с обидой глядя на Бориса. — Я совсем не такая.

- Не нравится? — Борис стоял совсем близко, так, что она чувствовала запах его кожи. — Если не нравится, можешь оставить, мне самому очень нравится! А если тебе кажется, что ты не похожа… на нее, то это объяснимо. Никто из нас не знает, как он в точности выглядит. Я позволил себе написать твою душу.

- Как тебя зовут? — спросила Таня, удивляясь своей смелости, и Борис улыбнулся во второй раз за все время.

Сворачивая портрет в рулон, он рассказал, что закончил художественное училище в Свердловске, приехал в Москву год назад и подрабатывает здесь, на улице. При слове «подрабатывает» Таня спохватилась и начала искать в сумочке деньги.

- Не надо, — отмахнулся Борис, — с тебя я денег взять не могу. Очень редко бывает, чтобы попалось такое лицо. Мне в кайф было тебя писать.

Тане очень нравилось, что он говорил ей «ты».

- А может, ты все-таки оставишь портрет мне? Ты даже не понимаешь, что он для меня значит…

Таня покраснела, но твердо сказала «нет». Разве она может отказаться от портрета — как же иначе можно будет поверить в чудо, которое сейчас происходит.

- Я уже все равно собирался уходить, — сказал вдруг Борис. — Если у тебя есть время, можем погулять. Погода замечательная, настоящее лето.

Таня испугалась, что эти слова ей приснились, она обалдело вскинула голову — и почувствовала, как тонет в мягких карих глазах.

Они медленно шли по московским улицам, и Борис совершенно естественно взял ее руку в свою. Свернутый в рулон портрет торчал у него под мышкой, и Таня опасливо поглядывала на него — не выпал бы ненароком. Впрочем, она довольно быстро забыла о портрете…

Да уж, Москву Борис знал! Мог интересно и подолгу рассказывать о каждом доме, каждой улочке. Таня призналась, что столица поразила ее в самое сердце, и он не стал смеяться, спокойно сказал, что с ним было абсолютно то же.

Начало темнеть. Они стояли на набережной и глядели в воды Москвы-реки. Когда с ними поравнялся прогулочный катер, Борис взял Танино лицо в ладони и бережно поцеловал ее.

О встрече с мамой и Мариной на выходе из метро «Октябрьская» Таня вспомнила только в восемь. Таня пришла в ужас: она прекрасно знала, как волнуется мама, наверное, уже с ума сошла от страха и звонит по всяким моргам и больницам.

Продолжение

- Какое лицо! Я просто обязан написать, это мой долг перед искусством! — восторгается шепелявый мужчина в картинно заломленном берете и, несмотря на жаркий день. бархатной куртке. Таня качает головой из стороны в сторону: нет, писать ее не надо…

Конечно, приятно, когда такие взрослые и необычные люди восхищаются тобой, но лучше все-таки пройти мимо побыстрее, свернуть между этими колоннами и…

…И тут она увидела Бориса. Она, разумеется, еще не знала, что это Борис, она и не думала о том, что у него должно быть какое-нибудь имя, просто встала, как, будто у нее кончился завод именно в этом месте.

Борис пока не видел ее: оставались какие-то секунды до того, как он повернет голову, до взгляда, удивления, радости… Пока он смотрел чуть в сторону, но уже поворачивался к Тане.

Взрослая Таня разглядывает, красно-белые клеточки скатерти и вспоминает тот момент на самой неторопливой перемотке, тщательно, как под лучшим из микроскопов.

Борис увидел ее, улыбнулся и сказал:

- Привет! Хочешь, я тебя нарисую?

Это прозвучало как-то по-мальчишески, будто он собирался рисовать мелками на асфальте или гуашью, томящейся в круглых баночках.

Таня подошла ближе и стала разглядывать его работы — они были составлены в ряд, чтобы потенциальный заказчик мог судить о его мастерстве. Карандашные, нежные, дымчатые наброски нельзя было назвать гениальными, но талант чувствовался. Это были даже не портреты, а характеры: старуха с властным и несчастным лицом, маленький мальчик со щербатой улыбкой (каким-то чудом становилось ясно, что мальчик рыжий, хотя портрет был не в цвете), молодая женщина в забавной шляпке — и сама забавная, необычная, нестандартная. Вот точно Борис избегал стандартов — если у его «коллег по театру» выставлены иконостасы модных актрис и безвестных сахарнозубых красоток, то он совершенно не стеснялся своих нетипичных моделей, похоже, он ими даже гордился.

Таня, забывшись, как картину, разглядывала уже самого Бориса, он сначала улыбнулся, а потом смутился. Ему это шло отчаянно. Таня присела на низенькую раскладную табуретку — в голове воробьем пронесись мысль, что место рядом с Борисом захочет занять всякая девушка.

Он быстро и ловко принялся за работу, взглядывая Тане в лицо и перенося увиденное на бумагу. Таня не видела, что у него получается, да ей и не хотелось — ей хотелось только сидеть тут неподвижно, и чтобы Борис обнимал взглядом ее лицо.

- Какая красивая девочка, — сказал проходивший мимо военный, и Борис вздрогнул, услышав свои озвученные мысли.

Только сейчас Таня осознала, что ее лицо может нравиться, — Борис смотрел на нее с пристальным восторгом художника. Тане хотелось, чтобы это никогда не кончалось: роман с Москвой идеально замкнулся на Борисе, все встало на свои места, пришло в полную и окончательную гармонию.

Борис ничем не напоминал знакомых Тане молодых людей, в нем чувствовалась порода, какая-то ранимость, делавшая его похожим на молодого Блока. И еще на любимого Таней Гребенщикова. Руки, державшие карандаш были исключительно красивы — такими надо играть на рояле или делать сложные операции.

Продолжение

И на улице на Таню все глазели, но она этого совсем не замечала, она (Марина готова была поклясться) видела только город и запоминала каждый дом на своем пути, поэтому Марина была спокойна: вряд ли такая девочка заведет сомнительные знакомства, которых опасалась Люся. Танины глаза вспыхнули благодарностью, и растроганная Марина превзошла саму себя — предложила поводить Люсю по магазинам, на что та с радостью согласилась. Таню отпустили погулять строго до 16.00 (мама постучала пальцем по своим часикам и просила не задерживаться), именно в это время Марина и Люся будут ждать ее на выходе из метро «Октябрьская». Таня легко согласилась, быстренько обулась и выбежала из квартиры. Сердце ее подпрыгивало от счастья: наконец-то она сможет повидаться с городом без свидетелей!

Летом 1985 года Москва была совсем не той, что теперь. Взрослая Таня, почти пятнадцать лет спустя, вспоминала прежний, неухоженный еще город, в который она умудрилась так сильно и страстно влюбиться — первой любовью Тани стал не какой-нибудь ровесник с высветленной челкой и магнитофоном на шее, а именно она, Москва.

Таня вспоминала тот далекий день, сидя за криво стоявшим столиком монмартрского бистро. Перед ней дымилась сладким ароматом чашка горячего шоколада, а в нынешней Тане никто — ни Марина, ни даже мама Люся — не признал бы диковатую провинциалку с глазами цвета крепкого кофе. Нынешняя Таня была красивой и по русскому обыкновению нарядной: парижанки удивленно фыркали вслед ее высоким каблукам, четко повторяющему изгибы фигуры костюму и дорогой сумке. Таня как будто перепутала маршруты и вместо картинки модного журнала случайно оказалась на реальных, не выдуманных улицах реального Парижа. В котором была далеко не в первый раз.

За чашкой горячего шоколада и только третьей с утра сигаретой (изящные часики показывали четыре часа местного парижского времени) Таня вспоминала давнишние события. Воспоминания отвлекали ее от настоящего времени, она даже отключила мобильный телефон, чтобы его легкомысленные трели не вклинивались в ее ностальгическое настроение.

Москва 1985 года. Едва заметные поползновения свободы, едва ощутимое свежее дыхание — на полмиллиметра, как новая трава, пробивающаяся сквозь застарелую растрескавшуюся землю. Таня идет по Арбату… Новые настроения витают здесь сильнее, чем в других частях города, и она вбирает их, вдыхает вместе с теплым летним воздухом.

Таня доходит до театра имени Вахтангова и встает как вкопанная, заметив стайку художников, портретистов, сидящих среди колонн, будто городские голуби в ожидании крошек. Но художников интересуют, конечно, не крошки, а потенциальные натурщики, которых они и зазывают со всем пылом.

Продолжение

Таня и прежде летала самолетом — в Симферополь, в Ленинград, в Таллин — но теперь предвкушала что-то особенное, потому, что в Москву ей давно хотелось, даже однажды был сон, в котором Москву привезли в Танин Новосибирск. Выстроили красные с зубцами стены на привокзальной площади, установили рядом нарядные башни Кремля и пряничный храм Василия Блаженного — смотри, Таня, все для тебя. Наутро ей самой стало смешно от такого сна, но в Москву захотелось с новой силой. Мама, конечно, знала о ее мечте и не сомневалась в том, что «премия» дочке понравится. Но даже она не догадывалась, что путешествие вызовет у Тани такой восторг!

В начале июня Москва стояла похорошевшая, неведомая и незнакомая со всеми своими кривыми улочками и проулками. Танин Новосибирск, как и Ленинград, был совершенно предсказуем: улицы планомерно и ровно отделялись от проспектов, ожидаемо начинались и так же точно заканчивались. Не то Москва: она кружила голову неожиданными переулками со смешными, ласковыми именами — Хвостов переулок, например, или Сивцев Вражек, где жила Катя из «Двух капитанов». Москва оказалась огромной, но при этом не подавляла, нравилась, завораживала.

Мама изо всех сил пыталась втиснуть как можно больше событий и впечатлений в их коротенькую, словно юбки модниц-москвичек, неделю: таскала Таню по театрам и музеям. А Тане больше нравилось бесцельно бродить по улицам, воображая себя москвичкой, и одновременно очень хотелось вернуться в Новосибирск, чтобы поделиться московским настроением с подругами. Мама, конечно, понимала Таню, но была бесконечно далека от нее, прочно поселившись в своем взрослом, материальном, безумно повседневном мире. Не покидая этого мира, она путешествовала скучно и предсказуемо.

К концу недели Таня уговорила маму отпустить ее «просто погулять» по Москве — та сначала даже слышать об этом не хотела, но Таню неожиданно поддержала Марина, семики-сельная тетка, проживавшая на Садовой-Самотечной в красивом сталинском доме. Вместе с Мариной жил сын Стасик, но он Таню мало интересовал, да и вообще они почти не виделись: на время родственного визита Стасик перебрался к бабушке на дачу.

Марина же ей сразу понравилась — очень современная, коротко стриженная, некрасивая, но обаятельная дама без характерной московской озабоченности на лице. Сначала Марина вовсе не была в восторге от приезда дальней сибирской родни: подобные нашествия повторялись из года в год, а родни у Марины хватало по всей стране. Но когда Люся с дочкой приехали, Марина тут, же оттаяла — Люся оказалась опрятной и не надоедливой, а Таня…

Продолжение

Причёска должна быть такой, чтобы её можно было с лёгкостью поправить. В выигрыше, как всегда, обладательницы длинных волос: можно начать съёмки с какой-либо укладкой (косой, пучком, конским хвостом) и завершить уже кадрами с красиво распущенными волосами.

Итак, вы готовы! А ваш фотограф? Отлично, если он профессионал или продвинутый любитель, тогда у него не возникнет проблем с построением кадра и выбором для вас идеального ракурса. А если нет? В данной ситуации есть несколько приёмов, помогающих выглядеть на фото наиболее выигрышно. Расскажите об этих приёмах тому, кто будет вас снимать!

Снимая ростовой портрет, фотографу лучше направлять фотоаппарат несколько снизу. Это визуально увеличит рост и удлинит ноги. Но этого не следует делать, если у вас имеется второй подбородок, таких ракурсов следует избегать. При втором подбородке следует, напротив снимать чуть сверху, делая акцент на глаза. Но в таком случае ростовых портретов лучше избегать, достаточно ограничиться портретом поясным или по бёдра.

Если нужно снять групповой портрет – например, вы и подруга, и вы заметно разного роста? Хорошо будет расположить вас на разном уровне, например, одна из вас, повыше, сядет на скамейку, а вторая обнимет за плечи сзади. Тогда разница в росте не будет настолько очевидной.

Если вы переживаете, что недостаточно стройны, то позы в пол-оборота подойдут вам как нельзя лучше. Но вам следует их избегать, если у вас длинный нос. В крайнем случае можно повернуть туловище, но лицо – только в анфас. Пробуйте разные позы, повороты, наклоны головы, не следует смотреть только в объектив фотоаппарата. Наиболее естественные, эмоциональные кадры получаются часто тогда, когда взгляд направляется слегка мимо объектива – поэкспериментируйте!

И всё же самый главный секрет хороших фотографий – ваше хорошее настроение, непринуждённая улыбка, раскрепощённость. Думайте о хорошем, добром, позитивном – и вы с гордостью сможете сказать о себе, что всегда на фото получаетесь прекрасно!